После ожесточённого сражения Сео-Мэ вернулся в родную деревню. Вместе с товарищами он нёс раны, тревоги, память. Их победа не принесла торжества, ликования, радости. Земля была спасена, но внутренний мир сломлен. Хоби, считавшийся мёртвым, исчез с поля битвы. Его разбитое тело подобрали неизвестные, скрывавшиеся в тенях. Эти странники принадлежали к культу, поклоняющемуся древним текстам. Они увидели в Хоби не павшего врага. Перед ними стоял пророческий знак, возможный спаситель. Израненный боец очнулся среди незнакомых лиц, звуков, запахов. Его душа изменилась, чувства угасли, мысли остались холодными. Новая цель заменила прежнюю жажду власти, мести. Он больше не стремился к славе, доказательствам, превосходству.

Только безмолвная решимость двигала его через страны. Тем временем Сео-Мэ занимался восстановлением полей, домов, школ. Он верил в покой, восстановление, покаяние, понимание. Его люди трудились, воспитывали детей, сажали деревья. Будущее казалось светлым, наполненным тишиной, заботой, надеждой. Но над равнинами снова поднимался ветер перемен. Хоби приближался — не прежний, а другой, чужой. Каждый его шаг неумолимо вёл к столкновению. Силы собирались, следы тревоги начали проникать повсюду. Мирное население ещё не чувствовало приближения беды. Но старики ощущали дрожь земли, шум туч. Старые враги забыли боль, но не последствия. Судьбы двух бойцов вновь сходились. Решения, принятые тогда, возвращались в новом облике.